Автор Тема: Я аляскинский маламут, а ты сам - лайка.  (Прочитано 11090 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн Ольга и маламут

Каждый из нас сталкивался на улице с тем, что наших питомцев называли лайками. Одни обижаются, другие поправляют, третьи просто не обращают внимания.
Но так ли однозначно утверждение, что аляскинский маламут - не лайка?
В принципе, на размышления и поиски информации по данному вопросу меня подтолкнула фраза Юрия Погребщикова из группы "Всё о лайках" на сайте одноклассников: "Лайки - общее название пород охотничьих и ездовых собак северной лесной зоны Европы, Азии и Аляски (выписка из Викепидии).
Голова клинообразной формы, стоячие остроконечные уши, загнутый кольцом хвост, рост в холке от 38 до 63 см. Шерсть прямая, подшёрсток густой, окраска варьирует.
Лайки используются для охоты на медведей, копытных и пушного зверя. Некоторые породы лаек (например якутская лайка) были выведены  в качестве одновременно и охотничьих и ездовых. А такие породы как сибирский хаски, маламуты, самоеды были  выведены в качестве чисто ездовых (для охоты принципиально не подходят), поэтому многими не признаётся за разновидность лайки, хотя несомненно относится к лайкоидам."

Согласна, что Википедия - не тот источник информации, на который стоит опираться, так как там пишут кто угодно и обо всём чем угодно, но всё же?

Приведу что нашла - обсудим?

Оффлайн Ольга и маламут

Я аляскинский маламут, а ты сам - лайка.
« Ответ #1 : 03 Сентябрь 2010, 10:50:17 »
Пользователь skazka с одного из форумов: http://unilans.org/showthread.php?t=30308

"Итак какие лайки на сегоднешний день у нас существуют: Государственный реестр пород животных, допущенных к использованию
( по состоянию на 17.03.2005 г. )

Название породы - Категория/ Направление использования
Амурская лайка - порода / охотничья (лайка), служебная (ездовая)
Восточно-Сибирская лайка - порода / охотничья (лайка)
Западно-Сибирская лайка- порода / охотничья (лайка)
Камчатская ездовая - порода / охотничья (лайка), служебная (ездовая)
Карело-финская лайка -порода / охотничья (лайка)
Маламут - порода / охотничья (лайка), служебная (ездовая)
Оленегонная собака -порода / охотничья (лайка), служебная (ездовая)
Русско-европейская лайка - порода / охотничья (лайка)
Самоед -порода / охотничья (лайка), служебная (ездовая)
Таймырская ездовая - порода / охотничья (лайка), служебная (ездовая)
Хаски Сибирский - порода / охотничья (лайка), служебная (ездовая)
Чукотская ездовая-порода / охотничья (лайка), служебная (ездовая)
Якутская лайка -порода / охотничья (лайка), служебная (ездовая)"

Ссылка на реестр не открывается, к сожалению.

Оффлайн Яровит

  • сам себе режисер
  • Постоялец
  • ***
  • Сообщений: 446
  • Спасибо: +12/-7
  • Последнее посещение :
    23 Июнь 2017, 09:45:16
    Местоположение: Нижегородская обл
  • Моя собака: Коврик,Воин,Елээ,Юкон,Ася,Мотя,Ёлка,Апач

Оффлайн Ольга и маламут

Я аляскинский маламут, а ты сам - лайка.
« Ответ #3 : 03 Сентябрь 2010, 10:52:35 »
Статья М.Г. Дмитриева-Сулима: http://dog.breeder.ru/index.php3?&mode=154334&id=154528

ЛАЙКА И ОХОТА С НЕЙ М.Г.Дмитриева-Сулима

ПРЕДИСЛОВИЕ

Ввиду неоднократных обращений ко мне, приступая ко второму изданию книги о лайке и охоте с ней, - изданию "дополненному и исправленному". "Век живи - век учись". Все эти двенадцать лет я продолжала всесторонне изучать породу остроухих и теперь могу заполнить многие пробелы, ответить на многие вопросы, критически разобрать мнения и положения былых оппонентов, хотя их и было немного. Я постараюсь ответить на те запросы, которые возникли в виду некоторых пробелов. Между прочим, меня упрекали, что у меня не приведено наглядных примеров в виде описания отдельных случаев охот с лайкой, хотя такими иллюстрациями переполнены наши охотничьи журналы.

Четверть века тому назад очень и очень немногие интеллигентные охотники интересовались охотой, вернее - не знали ее совершенно. Никто не знал в подробностях основные черты и способности лайки и не смог бы выделить ее из среды безродных и, конечно, беспородных дворняжек. Да и в настоящее время очень немногие охотники сумеют отличить породистую лайку от целой серии остроухих дворняжек; хотя с каждым годом эта порода охотничьих собак приобретает все более и более "право гражданства", число любителей этой охоты увеличивается, лайки фигурируют на выставках, портреты их появляются в иллюстрированных изданиях, о них говорят в военных кругах, как о материале для войсковой собаки, их употребляют для полицейской службы, но немногие знают охоту с лайкой, а потому редко кто может приспособиться к охоте с ней. Так как сведения об охоте с лайкой разбросаны по охотничьим журналам, а руководства к охоте с этой собакой нет никакого, то я, ввиду многочисленных обращенных ко мне вопросов, решилась продолжить настоящей труд, тем более, что настоящее изложение, смею думать, будет нелишним и своевременным.

Я не задаюсь мыслью пропагандировать, но рассчитываю, в связи с собранным материалом, поделиться знаниями, приобретенным опытом. Я охочусь с лайками двадцатый год и двадцать лет веду их породу. В то же время я не упускаю прочитывать все, что появляется о лайке в современной печати, поэтому считаю себя до некоторой степени сведущей в данном вопросе и подкрепляю себя тем, что это будет первый опыт выхода руководства о лайке и об охоте с ней, так как за двадцать лет не появилось ничего нового, специального.

Прежде чем приступить к описанию породы, содержанию, обучению и охоты с ней, я считаю нелишним сказать несколько слов о том, в каком положении находится эта охота в настоящее время, о значении лайки для охотника, о том, чего может требовать охотник от лайки, какими соображениями должен руководствоваться охотник при выборе собаки, о будущем лайки и охоты с ней.

В настоящее время охотники с лайкой - это инородцы Российской Империи по преимуществу, а именно: лопари, самоеды, карелы, пермяки, зыряне, вогулы, вотяки, черемисы и все прочие, равно и русские крестьяне-промышленники северных и северо-восточных губерний Европейской России, а именно в губерниях: Архангельской, Вологодской, Олонецкой, Пермской, Вятской, Костромской и Казанской, в северной ее части (черемисы), частью (очень мало) в Ярославской, Тверской, Псковской, Новгородской, во всей Сибири. В охотничьей печати встречаются статьи и корреспонденции, в которых интеллигентные охотники описывают свои охоты с лайкой, но все это охоты большей частью случайные: столкнувшись с промышленником, интеллигентный охотник пользуется его лайкой. Во всяком случае, лайка обратила на себя внимание многих, как охотничьих военных команд, так и некоторых известных и знающих русских охотников. На лайку давно обратили внимание такие знатоки и выдающееся стрелки, как Д.К. Нарышкин, гг. Эрнст, Архипов (Рыбинск, уезд), Чичагов, князь А.А. Ширинский-Шихматов и г-н Кишенский. Число желающих охотиться с лайкой увеличивается еще городскими охотниками, но большинство из них не знает, как обращаться с лайкой и чего требовать от нее на охоте. Таким образом, я не ошибусь, если скажу, что охота с лайкой у нас еще переживает среди интеллигентных охотников рассвет и стоит на пороге прогресса. Самое большое значение лайка имеет для промышленника и для небогатого охотника, так как для них она может служить и сторожем, и охотничьей собакой для разнообразных целей. Любящему разнообразную охоту, но не имеющему возможности держать для каждой охоты особую породу собак - лайка незаменима. Промышленники Сибири с одной и той же собакой бьют медведя, копытных, соболя и др. Конечно, такая универсальная собака незаурядна, но собаки за всяким мелким зверем, за глухарем, тетеревом, за утками - обычны, а в Томской губернии и др. с той же собакой охотятся на лисиц и барсуков, о чем я сообщу далее более подробно.

С моей стороны было бы преувеличением, если бы я сказала, что лайка может заменить вполне и, безусловно, гончую и в то же время легавую: ее повадки и характер совсем особый. Лайка не увяжется по зайцу, делая за ним бесчисленные круги, пока его не убьет охотник. Голоса лаек не представляют той "музыкальной мелодии", которая ценится любителями; но охота по зайцу с лайкой не менее добычлива, чем с гончей. Два-три охотника интеллигента нападали на меня за дерзость сравнения лайки с гончей, совершенно не поняв и не вникнув в суть написанного мной. В настоящее время охотничья литература выдвинула вопрос об исчезновении русской гончей о недоброкачественности современной восточной гончей. Некто "Дикий" корил меня за употребление слова "добычлива", желая видеть в этом не проповедь шкурятничества. Насколько это мерно, видит всякий сам, так как 99% охотников идя на охоту, думают о добыче в большой или малой дозе.

Если охотнику интереснее стрелять, нежели слушать музыку голосов гончих, трубить отзыв по часам и ждать их возвращения по суткам, то он предпочтет охоту с лайкой и по зайцу. Таковы во всех случаях современные гончие, к сожалению, по нынешним временам стая хороших гончих - малодоступная, а плохих не стоит держать.

Охотники не перевелись, зайчишек пострелять кто не любит? А потому демократическая охота с лайкой по зайцу может доставить многим удовольствие. Лайки, способные натаскаться, как гончие, да и в восточной гончей кровь лайки особенно сильна, да и внешнее сходство поразительно: поставьте уши гончей и посмотрите на нее. Многие охотники, а в числе их и г-н Эрнст, свидетельствуют и удостоверяют, что лайки "гоняют зайца не хуже гончей" и даже "водят стаю" (об этом поговорю после).

Гон лайки совершенно особенный, своеобразный, не похожий на гон гончей. Лайка не покажет вам "картинную стойку" сеттера, замирая над дичью, но указывает ее совсем особым телодвижением, делает саженный скачок после слова "пиль" и не гонит дичь после выстрела. Красота лайки своеобразна.

Указав на эту разницу между лайкой и легавой и, если хотите, недостатки первой, ради которых она не имеет права на название идеальной породы, я скажу, что лайка самая неприхотливая собака, и что она предоставит под выстрел охотника такое разнообразие дичи и зверя, о каком и не снилось ни одному другому высокопородному псу. Небогатый охотник, обзаведшийся лайкой, всегда будет иметь возможность и случай стрелять на охоте, и никогда с пустыми руками домой не вернется: не одно, так другое лайка подставит под выстрел охотника. Над универсальностью лаек издевались некоторые наши просвещенные охотники, называя эту особенность лайки ходить за разным зверем и птицей, а не за одним каким-нибудь, чуть ли не преступлением и, во всяком случае, профанацией охоты.

Но немцы дали урок, искусственно создав универсальную породу собак, для разной охоты (Gebrauchund). Того требует наше экономическое время. Охотник, решившийся приобрести лайку и серьезно с ней охотиться, может требовать от нее выносливости, послушания, привязанности, чистоплотности и вежливости. Послушание лайки не то, какое мы разумеем, говоря о других породах; например, требовать от нее успехов в науке комнатной дрессировки, фиглярства и фокусов - бесполезно. Назначение этой породы совсем другое и совсем особое - это читатель увидит из глав, посвященных охоте с ней. Требовать от лайки всех качеств легавой собаки или гончей - бесполезно; например, лайка не будет делать стойки, не погонит волка, как гончая.

Приобретая лайку исключительно как рабочую собаку охотник должен требовать главных качеств: здоровой комплекции, злобности, отсутствия болезни, выносливости, хорошего, не испорченного чутья и глаза. Все остальное - второстепенные качества, например, масть, присутствие "пятого пальца" (прибылого), стояние или полустояние ушей, пушистая псовина, хотя все это признаки чистокровности, сплошь и рядом они не соответствуют охотничьим достоинствам рабочей собаки. Исключительно юродствоваться последними свойствами и качествами лайки нужно только тому, кто приобретает собаку для выставки, а не для работы; поэтому каждому настоящему охотнику следует выбирать рабочую лайку, не увлекаясь внешними качествами. Во всяком случае, охота с лайкой имеет свое будущее: во-первых, тому, что стоимость лайки сравнительно не так высока (до тысячи рублей не доходила), а в перевозке собака более вынослива, чем все прочие породы; во-вторых, она одна может заменить несколько собак одновременно (легавую, гончую, фокстерьера, крысоловок, овчарок, пастушьих и вообще сторожевых). Я видела таких собак. Число же охотников, обладающих средствами содержать многих разнопородных собак, в силу современных экономических условий, постоянно уменьшается; в-третьих, экономический быт и Законы об охоте ведут к сокращению охот с борзыми и гончими. Эти же породы, как видно из литературы, уменьшаются количественно и ухудшаются качественно, а со временем очень вероятно, что жизненные условия потребуют выработки нового рода охотничьей собаки, материалом к которому непременно послужит лайка. И втайне служит даже за границей, если верить слухам.

В числе сторонников этого мнения можно указать на такие имена, как, например, Сабанеев, князь А.А. Ширинский-Шихматов; последний, судя по отчету Императорского Общества правильной охоты уже занимался соответствующими опытами, но служебные обязанности, очевидно, лишили его возможности продолжать начатые труды.

 
 
Глава 1
 
 
Происхождение. Описание типичных признаков выставочной лайки и значение их в практическом смысле. Приметы.

Северная собака - это было бы самое верное название той многочисленной породы собак, которую охотники зовут "лайкой", или "подлайкой", а общество и население знает ее исключительно почти под именем "дворняжки"*, - для северной России. Мне часто приходилось наблюдать удивление у лиц малокомпетентных, когда они видят, что название "лайка" присвоено той собаке, которую просто-напросто считают и зовут дворняжкой. В некоторых местностях Сибири эти названия неизвестны, а все знают только собак "промысловых" и "зверовых" (г-н Яшеров). Определение "северная" тоже неточно и не отвечает действительности: собаки этого типа встречаются даже в Африке, в Америке и всюду в Азии. И далее примечания М.Г. Дмитриевой-Сулимы. Эта разнообразная по типу и богатая способностями порода собак еще безусловно не изучена и не исследована. Нет никаких научных трудов о северной собаке, все или лайке. Князь Ширинский-Шихматов начал монографию лаек в "Природе и Охоте", но труд этот не окончен до сих пор. Его же роскошно изданный "Альбом северных собак" (1-й выпуск) представляет только часть будущего грандиозного издания.
Но, во всяком случае, я считаю необходимым привести здесь следующие слова князя о лайках:

"Исследователи Севера не могли, конечно, не заметить северной собаки; не могли не согласиться с тем непоколебимым фактом, что только существование этой собаки обусловливает многим сотням тысяч инородцев возможность жить и прозябать на Севере. Тем более является странным то обстоятельство, что на описание северных собак обращалось так мало внимания и что до сих пор даже не установлен точно коренной вид, не говоря уже о массе разновидностей. Между тем, разновидностей лаек существует столько же, сколько существует инородческих племен на Севере, причем разновидности эти настолько резко отличаются внешними признаками своими одна от другой, обладают настолько установившимися, каждая в отдельности, присущими ей особенностями, что деления их не могут вызвать каких бы то ни было споров и разногласий".

Одно наглядное сравнение фотографий собак, взятых от разных инородцев, невольно заставляет сознаться всякого, даже только любителя и охотника, в том, что существующая обширная группа северных собак имеет массу разновидностей и что каждая подобная разновидность заслуживает, конечно, самого полного изучения. Как это ни странно, но, вследствие отсутствия подробных исследований северной собаки, еще недавно собаки эти принимались без разделений на выставках в наиболее почтенных и обществах, причем две лайки совершенно различных разновидностей судились вместе. Я глубоко убеждена, что дальнейшая разработка породы северных собак откроет нам еще много и много интересных подробностей, из которых мы узнаем, во-первых, что эта наименее изученная порода в количественном отношении - наибольшая на всем земном шаре, во-вторых, что большое число позже образовавшихся пород корнем своего происхождения имеют все ту же северную собаку. Таковы: китайская собака, монгольская, собака башкиров, кавказские и пиренейские горные, шиперки, шпицы, колли, шавки, старинные французские собаки и все подлайки.

Вот в каком положении находится изучение породы обширнейшей количественно, свежей, оригинальной и способной собаки. По мнению многих знатоков, лайка происходит от волка. Князь Ширинский-Шихматов производит вогульскую лайку от дикой остроухой собаки; в карельской лайке он видит примесь крови волка, в самоедской - крови песца. Если можно допустить в лайке кровь песца, то также вполне возможно считать ее происходящей и от лисицы. Лисица и песец (полярная лисица) - близкие родичи. В общем, лайка, или северная собака, насколько возможно предполагать, происходит от вида дикой собаки, а иногда в помеси с упомянутыми зверями. Если принять во внимание разделение князя Ширинского-Шихматова лаек на две группы со всеми разновидностями, то все-таки обе группы имеют общие признаки: стоячее ухо, острую морду, более или менее косой разрез глаз, грубую густую псовину, гриву, очесы, хвост кольцом или серпом, отсутствие пятого пальца, карий глаз, окрас одноцветный или расположенный так, что спина темнее, а голова и конечности светлее. Подробности не привожу, так как цель моего труда описать собственно охоту с лайкой, а не представить ознакомление с коренным или кровным "выставочным" (что стало синонимом) типом. Отмечу только, что о чутье (нос) первой группы князь Ширинский-Шихматов не говорит, а о чутье второй группы - что оно обязательно черное. Я же считаю необходимостью сказать, что именно у собак первой группы (типичных, по описанию князя Ширинского-Шахматова) встречается коричневое чутье, а именно у белых и светлых мастей.

Первая группа, по князю Ширинскому-Шихматову, - окрас всевозможный, но чаще чисто черный, черный с подпалинами, белый, серо-желтый, серо-черный и чисто-серый.

Вторая группа - количество окрасов ограничено: пестрых (пегих) нет, а преобладают чисто-белый, чисто-черный с пепельным оттенком и отливами; отсутствие подпалин. Также встречаются оттенки пепельно-серый с черным отливом, белый с желтизной. В общем, резкой разницы в окрасах, как видно, нет. Желающим обзавестись выставочной кровной собакой следует руководствоваться трудом князя, хотя этот труд еще только начат и когда кончится - неизвестно, а для охотника-практика я приведу несколько описаний рабочей лайки и позволю предложить собственные выводы. Еще упомяну, что князь Ширин-Шихматов считает пороком пежины и пятый прибылой палец), а в Англии постановлено: пятый прибылой палец на задних ногах у разных пород собак вообще не считается пороком и не уничтожается. (Пятый палец есть продукт кровосмешения или вырождения.)

К первой группе причисляются лайки: зырянская, финно - карельская, вогульская, черемисская**, остяцкая, тунгусская, галицкая, вотяцкая, норвежская, бурятская, сойотская.

См. "Охотничью Газету" за 1897 г.
Князь А.А. Ширинский-Шихматов говорит, что черемисская лайка "в огромном количестве" находится в восточной половине Симбирской Губернии, южной Казанской и на севере Самарской, но он ошибается в южной части Казанской губернии, то есть Тетюшском уезде лаек почти вовсе нет, также в уездах Буинском и Симбирском и на севере Самарской губернии. Всю эту местность я лично знаю.

Вторая группа: лапландская, самоедская. Лайки Якутской области не имеют ничего общего с самоедскими, а если и попадаются, то однотипичные единичные экземпляры, случайно занесенные. Сюда же, по-моему, надо отнести белую оленеводную лайку вымирающего племени юраков.

Еще раз отсылая желающих ознакомиться с чистым типом или типическими особенностями лайки к статье князя Ширинского-Шихматова (см. "Природа и Охота" и "Альбом"), к календарю Сабанеева, к статьям Яшерова в "Псовой и Ружейной Охоте" 1896 г., как к необходимым для руководства в приобретении кровной и "выставочной" собаки, я все же повторю, что недостатками в этом случае считаются:
прибылые пальцы, отсутствие косого (волчьего) разреза глаз, пежины, отсутствие всех тех типичных признаков или одного из тех, какие требуются при описании коренного типа лайки. Все эти требуемые факты очень важны для собакозаводчика, для собак, предназначаемых в производители, на выставки и проч. но наличность этих качеств не имеет никакого значения для рабочей собаки охотника, которому нужна собака для охоты, а не для ведения породы. Тем более, что ведь все эти качества и недостатки, определенные в двух-трех статьях, еще не подвергнуты критической оценке, да, кроме того, у нас и нет опытных экспертов по части лаек (если не считать одного князя Ширинского-Шихматова), единоличная же экспертиза вовсе не желательна, не целесообразна. Эксперты же, вроде гг. Ивановского и Силантьева, ничем не заявили своих познаний и не приобрели авторитета среди охотников с лайками. Например, считается пороком у лайки пятый палец, а мы теперь знаем, что в Сибири пятипалых родится громадный процент, что они ценятся, но у нас им в детстве отрезают пятые пальцы, как мешающие в чаще: собаки их часто подрывают до крови. Это не опровергает вывода, что пятый палец - результат кровосмешения и вырождения. Сибиряки ведут породы, как попало, случая родственные экземпляры.

Оставляя в стороне все то, чего требует теория, я приведу описания тех собак, какие дали охотникам много удовольствия, наслаждения и занесены на страницы журнала. Из этих сведений, разбросанных в разных журналах за много лет, я собрала все более подходящее и полезное для молодых охотников, а также и тех, кто не читает и не имеет возможности справляться и читать статьи и заметки, касающиеся охоты. Я думаю, им небезынтересно и небесполезно прочесть характерные выдержки из этих статей, сгруппированные в отдельном доступном труде и издании. Например, г-н Эрнст, костромской охотник, в "Журнале Охоты" описал лайку костромскую (галицкую). Вот ее внешний вид: небольшие, остроухие, остромордые собачки, черно-пегой или черно-чепрачной масти, белые подпалины и ошейник; пропорциональны, мускулы превосходны, рост 8 вершков. В этой статье г-н Эрнст описывает лучшую рабочую породу - черно-пегую, что, по мнению князя Ширинского-Шихматова, - недостаток (см. статью Корша в "Журнале Охоты" за 1890 г.). Впоследствии обращусь к статье г-на Эрнста "Заметки костромского охотника", из которой нельзя не видеть, г-н Эрнст - знаток лайки и охоты с ней. Между описанием костромской лайки, прекрасной на охоте по всякому зверю и птице, не отвечает требованиям теории и науки (?!). Г-н Эрнст видит немаловажную роль северной собаки-лайки в истории собаководства, а также присутствие ее крови во многих специальных породах. Г-н Белдыцкий, охотившийся с лайкой на Чердынском Урале Пермской губернии, Описывает ее так:
"Это обыкновенная русская простая дворняжка, небольшая, крючкохвостая, какой угодно масти - от чисто-белой до чисто-черной, но мордочка у нее все-, сухая, острая, глаза быстрые, только не на выкате, уши короткие и всегда стойком; к хозяину собака всегда привязана безмерно, охоту любит больше любого сеттера или пойнтера" (см. "Природа и Охота 1872 г.).

Г-н Поспелов, автор статьи "Триста верст на водяных лыжах", говорит об архангельских лайках:
3дешняя порода собак, остроухих, остромордых, белой по большей части шерсти, чрезвычайно смышленых и с прекрасным чутьем"... (См. "Охота"). Между тем г-н Косырев пишет про архангельских лаек уездов Пинегского и Мезенского, что они "крайне разнообразны по внешнему виду", что вместе с культивированием края порода местных собак исчезает, являются всевозможные помеси. Здесь самоедская лайка смешана с зырянской и другими породами. Помеси эти способны к дрессировке, "отлично ищут птицу, белку и горностая, лают на них, нестомчивы и преданы хозяевам". Некоторые из этой разновидности употребляются даже при промысле медведей, оленей, лосей, усердно гонят зайца, впрочем, недолго. Наиболее распространенная помесь зырянской лайки известна под именем кеврольской лайки; окрас ее черный; пятого пальца нет; распространены по всей Архангельской губернии, кроме Шенкурского и Холмогорского уездов, наиболее в Кевроле Пинегского уезда. Описание наружности представляет разновидность зырянской лайки в помеси с другими. Далее говорит г-н Косырев:
"Между здешними разновидностями собак нередко попадаются очень красивые экземпляры в типе волка, лисы, песца, шпица, зырянской, костромской гончей и самоедской собаки; при этом сохраняется и окрас шерсти у первых трех пород...* Остальные по цвету шерсти очень разнообразны, но кофейного или коричневато... вовсе не замечается".

Внешний вид есть смешение разновидностей лайки. Теперь, изучив на месте архангельскую собаку, я должна отметить два основных вида: 1) самоедская собака, 2) зырянская. Печорская создалась из двух первых, - остальное помеси.

Собственно кеврольская лайка - длинное туловище, огромные стоячие уши; хороша на птицу, белку, горностая; "на крупного зверя не употребляется, ибо труслива; однако, довольно вязко гонит зайца".

Предполагаю, что под именем и собственно кеврольской лайки надо разуметь особую разновидность с присущими ей чертами внешнего типа и внутренних качеств. Такой совершенно аналогический, по-своему виду, тип существует и в Томской губернии и описан г-ном Лобачевским. Возвращаясь к статье г-на Косырева "Кеврольские лайки", наглядно показывающей нечистопородность архангельских лаек некоторых уездов, я, тем не менее, хочу отметить их полнейшую пригодность для охотника по перу и зверю.

Таким образом, архангельские лайки не представляют собой сохранившийся тип и состоят из подразновидностей - северной собаки вообще, за исключением некоторых небольших районов, где сохранилась однотипность и масть белая. Но мы видим что, тем не менее, все архангельские лайки, хотя и не в одинаковой степени, но обладают хорошими охотничьими качествами. Ясно, что и этнографической единицы лайка архангельская не представляет. Переход из Архангельской губернии в смежную Олонецкую, я позволю себе обратить внимание на некоторые имеющиеся в литературе сведения о наружности олонецкой лайки. Г-н Бек-Юсуф говорит, "типичность здешней лайки не поддается строгому описанию, она, очевидно, утеряла кровность - все какая-то разновидность по росту, псовине, окрасу и статьям; видно полное падение от всевозможных скрещиваний". Г-н Бек-Юсуф находит, что лайка его окраса, серого, более других отстояла кровность. Остальные преобладающие окрасы суть желтый, черный, рябой (пегий, пестрый?) и очень редко белый. Рост восемь вершков, длина двенадцать вершков, грудь широкая, сухие ноги, мускулатура хорошая и загнутый кольцом хвост пушист, стоячие острые уши, голова пропорциональна корпусу с сухим средней длины щипцом, нижняя челюсть короче.

Кто помнит описание лайки г-ном Эрнстом, тот убедится в сходстве костромской (галицкой) лайки с олонецкой, но у последней тупее морда (щипец) и разнится окрас псовины - масть. Рост же одинаков -восемь вершков. Опускаясь к югу, остановлюсь на соседней Олонецкой губернии - Новгородской. Здесь я должна сделать некоторое отступление. Г-н Фокин сообщает, что в Белозерском уезде Новгородской губернии среди местных жителей нет серьезных охотников по крупному зверю, а также, по свидетельству крестьян, и лайки там выродились, сообразно потребностям охотников, а потому я думаю, на новгородской собаке незачем останавливать - она надежного материала для охотника представлять не может, а если и есть там хорошие зверовые собаки, то это случайные и одиночные экземпляры. То же, по собранным сведениям, должно сказать Псковской губернии. В Тверской тоже нет северной собаки, но теперь там разводит сибирских лаек Кишенский. В Ярославской губернии г-ном Архиповым велась порода белых олонецких лаек, а местных нет вовсе. Владимирская губерния по своим условиям сходна с Новгородской, сюда же должна быть причислена и Нижегородская.

Южнее лайки даже неизвестны, как и западнее Псковской и Новгородской губерний. Всю эту местность я посетила не один раз и сообщаю данные не на основании литературного молчания, а на основании собственного опыта. Теперь остается сказать о лайках губернии Вятской, Казанской, Симбирской, Самарской, Вологодской и Сибири.

В Вятской губернии лайки по этнографическому делению суть черемисские, вотяцкие, зырянские. Так было лет 12-16 назад, теперь все смешалось, слилось... Вотяцкая лайка представляет собой среднее между черемисской и зырянской. О лайках Вятской Губернии, преимущественно вотяцких, отзывы в печати слышатся превосходные. Например, г-н Белов в семидесятых годах в "Природе и Охоте" говорил, что лайки вотяцкие небольшие, остромордые, остроухие, серые и других мастей, идут по всякой птице и зверю. Хороши на медведя.
Г-н Белевич восторгается в "Охоте" охотничьими качествами вотяцких (вятских) лаек. Вятские лайки, выставленные Д.К. Нарышкиным в Петербурге в 1892 году и получившие медали, были описаны не только охотничьими изданиями, но и общей прессой; даже "Гражданин" князя Мещерского отметил их "дикую красоту". Журнал же "Охота" говорит, что "обе собаки типичны, небольшого роста, сухого, пропорционального сложения, волчьего окраса, зверовыми головами". Г-н Поплавский о вятских лайках поместил статью в "Русском Охотнике", но наружности не описал, хотя упомянул о серой масти, как и г-н Белов; должна добавить, что серый и волчий окрас суть распространенные для вятской лайки. Мной собаки были описаны в двух статьях: первая в 1892 г. - октябрьская книга "Природы и Охоты" "Вятские лайки", а вторая - в "Охотничьей Газете" в 1896 г. "Вотяцкая (вятская) лайка".

Вятская (вотяцкая) лайка - роста от девяти до двенадцати вершков, широкогрудая, с ребрами, спущенными ниже колен; с короткой толстой шеей; ноги поставлены широко, пятый палец отсутствует; короче прочих разновидностей вятской лайки, хвост султаном кверху и несколько изогнут к спине голова круглее, чем у черемисской; морда меньше, уши меньше, более круглы и ниже поставлены; на шее густые, пушистые очесы (грива); шерсть грубая. Одеты лайки очень тепло. Коренная масть - серая. Имеет много оттенков: встречается бурая - цвет медвежьей шерсти, белая, черная, рыжая с белыми и желтыми подпалинами. Типичная масть - серая разных оттенков".
Эти собаки "сбитые", коренастые, но ловки, быстры и грациозны, головы удлиненные.

Черемисская лайка - это волк в миниатюре, хвост крючком. Часто встречается пятый палец. Статья моя под заглавием "Вотяцкая (вятская) лайка" была написана по просьбе покойного Л.П. Сабанеева; она имеет специальный характер и захватывает район вотяцкой лайки среднего типа (в помесях), состоящий из местностей, населенных вотяками губерний Пермской, Вятской, Казанской, Уфимской. Это, так сказать, этнографическая карта вотяцкой лайки.
"Это лайки в помесях: вотяцко-зырянская, вотяцко-черемисская. Окрас черно-серый и серый всех оттенков, рыжий - лисий, реже белый, еще реже бурый. Глаз карий. Мех теплый. Хвост серпом или кольцом до колен. Разрез глаз косой, волчий. Чутье черное, редко (у светлых мастей) коричневое. Сложения плотного, сухая, мускулистая. Ухо стоячее, среднего постава. Средний рост около 65 сантиметров". Интересующиеся подробностями увидят их в той статье. Заканчивая описание вотяцкой, или вообще вятской лайки, я упомяну, что этот же тип встречается изредка и вообще в смежных губерниях. В Уфимской губернии настолько трудно достать лайку, что желающие выписывали ее из Вятской. Так как я исколесила губернии Казанскую, Симбирскую и Самарскую, то я вправе сказать, что чистый черемисский тип лайки находится в юго-западной части Вятской губернии, в северной части Казанской губернии, то есть за Волгой, по ее левому берегу, и в уезде Козьмо-демьянском. В Чебоксарском, Цивильском и Ядринском лаек мало, и они так же разнотипные и разнокалиберные, как в Олонецкой и Архангельской губерниях. В южной части Казанской губернии, в Тетюшском уезде лаек нет, нет лесов, почти нет охотников и об охоте с лайкой никто не знает. В Спасском уезде любители охоты с лайкой доставали таковых в Вятской губернии. В Буинском и Симбирском уездах Симбирской губернии лайка тоже явление незаурядное, и если можно ее видеть изредка у мордвы или чувашей, то это исключение. Скорее в Симбирской губернии, в Алатырском и Корсунском уездах можно встретить в лесах по Суре лаек, но скажу откровенно, что лесники Буинско-Алатырского лесничества обращались ко мне за щенками, и приходилось их удовлетворять. В Самарской губернии, в северной ее части (мне пришлось посетить Бугульмияский, Бугурусланский и Самарский), я видела странную помесь лайки с овчарками и борзыми. В Оренбургской и Уфимской губерниях есть те же помеси, а по южному Уралу у башкир есть маленькие сбитые лайки, напоминающие шпицев; этих лаек берут на медведей. Но и этой разновидности здесь мало. Прежде чем перейти к описанию наружного вида и типичных признаков сибирской лайки возвращусь еще к собакам Пермской губернии. Собак Чердынского края, то есть северо-западной Губернии, я описывать не буду - их описал г-н Белдыцкий. Я посетила Верхотурский край, то есть "восточную часть губернии, ее среднюю и юго-восточную части, и вынесла следующее впечатление. На западе губернии преобладает тип зырянский и зарянско-вотяцкий. На севере зырянско-вогульская помесь и чистая вогульская лайка, встречалась и остяцкая, а в средней части губернии помеси и разновидности названных типов. Видела я под Пермью и белых, мохнатых, приземистых, а также и борзоватых, волкообразных, но отмастки - серой или чисто-белой масти.

Литература дает нам еще больше сведений о сибирской лайке. Перейду к описанию сибирской лайки.

Г-н Яблонский говорит о тунгусской лайке:
"Тунгусская лайка - это среднего роста собачонка, очень неказистая на вид, с пушистым хвостом, узкой мордой и маленькими острыми ушами, всегда худая до безобразия" ("Природа и Охота").

Г-н Муромцев о средне-сибирской лайке говорит:
"Собака сибирского промышленника по внешности совершенная дворняга. Остромордая, широколобая, со стоячими ушами, лишь кончики которых иногда бывают опущены несколько вперед, на довольно высоких ногах, с отчаянно загнутым хвостом, она не привлечет взоров европейского охотника, но сибирскому промышленнику она вдвойне дорога" и т. д. ("Псовая и Ружейная Охота").

Г-н Лобачевский описывает собственно томских лаек и говорит, что в губернии их три разновидности, "породы". Две из них "разнятся только ростом". Рост средний; грубая иссера-желтая шерсть напоминает волка; широкая грудь, костистые ноги, русачья лапа; морда острая; торчащие уши; круглые черные глаза выражают энергию, ум; хвост загнут на спину кольцом. Вторая порода напоминает первую, но "тоньше" и "меньше". Третья - на весьма низких ногах, немного выгнутых, как у таксы, с висячими ушами (полустоячими?), острой мордой; верхняя челюсть на два пальца длиннее нижней. Третья разновидность томской лайки - бесспорно помесь с кровью посторонней собаки, ибо висячие уши, а не полустоячие, служат неоспоримым доказательством, и, кроме того, кривые ноги от рахита. Наконец, г-н Яшеров ("Псовая и Ружейная Охота") в Восточной Сибири (Байкал и Иркутская губерния) видел две породы лаек: одна выработана промышленниками для крупной зверовой, другая же - для разнообразной промысловой охоты. Но там также существует ряд помесей от зверовых с промысловыми.

Промысловая ростом невелика, растянута, голова напоминает лисью, глаз раскосый, ухо очень маленькое, треугольником, торчит; одета богато, пальцы в комке; не редкость - пятый палец (прибылой на задних ногах, что считается хорошей приметой, и щенок всегда идет в породу*; хвост загнут кольцом; псовина густа, характер звериный; масть большей частью черная с подпалинами и серым подшерстком, серая, волчья, реже белая, да и то с "половыми" ушами.

Зверовая - до шестнадцати вершков роста, голова уже, с выдающимся соколком, глаз черный на выкате (а между тем, не знаю почему, принято считать большой навыкате глаз у лайки пороком). См. экспертизу юбилейной выставки), разрез косой, щипец длинный, нос темный (не черный), ухо уже, длиннее, шея длиннее, тоньше, пальцы в комке, спина с переслежиной, прибылые пальцы, хвост серпом или поленом, псовина беднее, окрас серый, черный, волчий, енотовый (бурый?), черно-пегий, серо-пегий.

Эти иркутские или восточносибирские лайки не могут быть подведены ни к одной из групп деления князя Ширинского-Шихматова и по своим внешним качествам могут быть, как выставочные, забракованы: у них пятый палец, глаза навыкате, пежины и проч., и проч. Но, как увидит читатель, их достоинства ставятся на месте их родины в Сибири в цену благосостояния целой семьи, следовательно, надо меньше обращать внимания на внешние мелочи, неизвестно каким образом вошедшие в порочные признаки. По крайней мере, наука еще не сказала на этот счет своего последнего слова. Затем в Сибири, в южной степной части, существуют еще киргизские лайки, с которыми производится охота "псовая". Вероятно, это помесь с борзой; собаки мелки, низкого роста, но злобны и легки ("Природа и Охота" и "Журнал Охоты"). Более подробных сведений о них не имеется, то есть об их внешнем виде.
Итак, мы рассмотрели лайку во многих губерниях Европейской России, а также и в Сибири (томская - западносибирская, тунгусская. - среднесибирская и восточносибирская). Позднее появились труды академистов, путешественников, исследователей о Восточной Сибири; там есть сведения о лайках:
Маак-вилюйская, Серошевский в книге "Якуты"-якутская, Иохельсон - колымская, Слюнин - корякская. Мы видели, что все разновидности имеют свои типичные признаки, что многие между собой перемешались, скрестились и утратили тонкие особенности первоначального типа. Но, тем не менее, все они имеют общие черты, обусловливающие не только внешние типические признаки общей породы лаек, но и их внутренние качества. Эти-то черты и должны быть знакомы всякому охотнику, нуждающемуся в охотничьей лайке, и таким охотникам я и посвящаю свой труд. Желающим вести породу и выставлять, например, лапландских, тунгусских или каких угодно лаек, необходимо знать особенности разновидностей, а между тем вся еще порода, как выражается "Охотничья Газета", "ждет своего исследователя". Помимо Миддендорфа и указанных исследователей, мной лично посещены большей частью эти области, а мои статьи были помещены в различных охотничьих журналах. Лично наблюдала собак острова Сахалин и

Оффлайн Ольга и маламут

Я аляскинский маламут, а ты сам - лайка.
« Ответ #4 : 03 Сентябрь 2010, 10:53:34 »
Глава 2
 
 
НАЗНАЧЕНИЕ ЛАЙКИ, ЕЕ НАКЛОННОСТИ, СПОСОБНОСТИ И ХАРАКТЕР.

Лайки, как известная порода собак, все имеют некоторые общие черты характера, общие задатки и одинаковые наклонности, так как условия жизни одной разновидности сложились неодинаково с другой исторически, своеобразно с этими жизненными условиями изменился до некоторой степени и характер собаки, назначение, но задатки, наклонности и способности в основном остались всюду одни и те же. О характере лайки я могла бы привести целую литературу, описания его в рассказах охотничьего содержания, в путешествиях исследователей Севера и т. д., но, во-первых, это будет вопреки цели моего труда - дать сведения о лайке и об ней в кратком и необременительном для читателя изложении; во-вторых, расширить содержание статьи, которая тогда выйдет из рамок, нужных для охотника, а потому я приведу только необходимые сведения о характере и способностях наличных местностей, как примеры.

Смею также думать, что мой личный опыт позволяет, в свою очередь, кое-что высказать о лайке.

Ни одна порода собак не имеет такого широкого и серьезного назначения в жизни человека как лайка. Многочисленные труды путешественников сообщают нам о том, что лайка на Крайнем Севере служит не только для охоты во всевозможных видах, но несет и серьезную обязанность пастуха-оленевода, сторожа, а равно служит перевозочным средством. В иных местах даже почта перевозится на лайках.

Шерсть служит для вязки чулок. По сообщению князя А.А. Ширинского-Шихматова, остячки собирают шерсть, выпадающую с собак во время линьки, и вяжут чулки. Шкуры с мертвых лаек идут на шубы. Но этим еще не все исчерпывается. В Сибири у некоторых инородцев лайка несет обязанности няньки: стережет, согревает и облизывает нечистоты ребенка. Подробности о сей роли лайки сообщил г-н Залесский в реферате о племени карагасов, а в Лаишевском уезде Казанской губернии летом 1897 г. лайка вытащила из избы во время пожара ребенка, который снова уполз, но собака снова его вытащила из горящей усадьбы на глазах толпы, бессмысленно глазевшей на пожар дома, тогда как хозяева были в поле. Об этом подвиге "дворняжки" было сообщено, впрочем, и в газетах, между прочим "Свет" тоже напечатал об этом случае.

По сообщению "Гражданина", в Финляндии одна из ферм пасет свои стада исключительно с лайками, без участия людей. Мне лично приходилось наблюдать лайку, которая все лето ежегодно рано утром с табуном своего хозяина отправлялась в поле, где стерегла его целый день, и к ночи пригоняла домой.
Это было в селе Терсях Вятской губернии Еланского уезда. У известного тунгуса на Становом хребте (Восточная Азия) Карамзина лайка переносила записки и посылки на большие расстояния (Труды экспедиции Стефановича).

Итак, назначение лайки весьма разнообразно, и она везде применяется, приноравливается к человеку, сообразно его требованиям, и совершенно справедливо, что "только существование этой собаки обуславливает многим тысячам инородцев возможность жить и прозябать на Севере" (князь А.А. Ширинский-Шихматов).

Рассказав о назначении лайки вообще, я должна сказать о назначении ее для охотника. Лайка предназначается для разыскивания медвежьих берлог, останавливания раненого зверя, розыска стойбища лосей, оленей, коз, отыскивания без лая и гоньбы их голосом, если потребуется, - все это лайка проделывает без всякой дрессировки, а лишь практика и опыт заставляют ее выполнять требования охотника. Лайка гонит зайца, но ее гон сильно отличается от гона гончих, часто достигается, что лайка гонит, как гончая. Эрнст сообщает, что у его знакомого лайка "водила стаю" гончих. Лайка отыскивает всяких зверьков, лисиц, барсуков, соболей, куниц, белок и всех других мелких зверьков. Лайка отыскивает, выпугивает, но не гоняет всякую птицу; находит подстреленную и подает охотнику. Лайка превосходный крысолов. Словом, порода лаек составляет для охотника великолепный материал для универсальной охотничьей собаки, который блестяще может употребить охотник по своему усмотрению, если будет обладать умением и терпением. Я указала на назначение лайки в жизни человека и охотника, но поясню, что исключаю при этом проделывание лайкой фокусов и разных комнатных штук.

Задатки лайки состоят в том, что собаки этой породы обладают большим запасом качеств, при которых можно выработать из нее почти все необходимое для потребностей охотника и человека. Серьезный ум собаки, "практический" при этом, по определению г-на Эрнста, удивительная понятливость, умение быстро сообразить требуемое, приспособиться ко всякому делу, сосредоточенность, интерес ко всем действиям человека, любовь к домашним животным - вот отличительные хорошие качества лайки. Лайка отличается крепким здоровьем, редко заболевает, редко подвергается бешенству, не предрасположена к чумным заболеваниям, вынослива, неприхотлива и чистоплотна. У лайки очень самостоятельная натура, так как природа и условия жизни выработали в ней, особенно на Крайнем Севере, необходимость работать одной и самостоятельно. Например, собаки далеко уходят одни искать оленей и лосей, как мы увидим впоследствии. Но это качество не всегда удобно для европейского охотника; поэтому, если лайку в детстве умело не подчинять воле охотника, то врожденная самостоятельность собаки может перейти в нежелательное упрямство. Упорство же и упрямство лайки могли бы быть признаны за дурные качества, если бы не сглаживались и не парализовались в известной степени большим умом лайки. Г-н Эрнст говорит, что такого практического ума не встречал ни в одной породе собак. Приведу здесь характеристику лайки, сделанную г-ном Эрнстом в 1891 г. в "Журнале Охоты":
"Само собой, каждый охотник-любитель смотрит на охоту, как на высшее удовольствие, и хотя приятно (Возвращаться домой с полной сеткой набитой дичью, но промысловая охота никогда не может удовлетворить настоящего любителя и доставить то эстетическое наслаждение в охоте, которое он ищет. Поэтому, вероятно, большинство из нашей братии не обращало никакого внимания на промысловых собак. Однако, мне приходилось неоднократно выслушивать охотников о желании приобрести лаек. Не стоит и говорить, что большинству из наших городских охотников лайка ни к чему, особенно если это не любители охоты на зверей; но вообще нельзя не отдать должной справедливости этим маленьким собачкам и не восхищаться многими их хорошими качествами, которых достичь искусственным подбором и воспитанием бывает очень и очень трудно. Хотя в Англии все породы собак стараются специализировать и собак на все руки там нет, но я думаю, что если бы англичане обладали подобной породой или близко подходящей к нашим лайкам, то давно бы целые фолианты облетели весь свет, трубя об их замечательном уме и охотничьих качествах. Сколько образовалось бы охотничьих клубов-кеннелей; какие классные были бы состязания! Последние, вероятно, были бы успешнее, чем многие состязания подружейных собак, где одна гонит голосом зайца, другая птицу и т. д. Лайка с большим успехом будет состязаться с терьерами и давить крыс и мышей; заменит ретривера; если приучить, будет гнать голосом зайца и лисицу не хуже гончей*, а своим умом поспорит с любой породой; присоедините ко всему этому еще и образцовое послушание. Благодаря этим качествам жаль бросить на произвол судьбы такую собаку, а между тем, к несчастью, я почти убежден, что эта порода постепенно исчезнет с лица земли. Я держусь того мнения, что наши северные породы собак играли немаловажную роль в истории собаководства. Присутствие их крови видно в некоторых и современных специальных породах".

"Легко и бодро несется лайка по лесу, не зная устали и голода; то вдруг остановится, насторожив ушки, то снова бежит, изредка разнюхивая следы. Живая по натуре, она никогда не копается на следах, а в момент соображает все положение преследуемого зверя. Напав на свежий след, она опускает свой пушистый хвост, взъерошивает шерсть и потом, уже, заложив ушки, скачками наподобие борзой молча мчится к цели, и уже через минуту звонко раздается по лесу ее лай; если по птице - ровный, однотонный; если по пушному зверьку, то более резкий, и притом далеко слышно, как ломаются сучья в острых ее зубах".

Совершенно могут подойти под подобное описание и лайки вятские (вотяцкие, черемисские, зырянские). У моего соседа, хорошего охотника, П.К. Готовцева, была лайка, которая вела стаю.

Вообще надо заметить, что лайка очень осторожна и начинает лаять не на следу, а уже под самым зверем или птицей и помеси этих разновидностей). Нельзя не отметить, что г-н Эрнст имеет в виду уже лайку взрослую, выращенную и воспитанную; но лайка, не доведенная до необходимой подготовленности, обладает достатками в разной степени, с которыми так иначе приходится считаться.

К отрицательным наклонностям лайки надо отнести большую дозу самолюбия и обидчивости, о которой и г-н Яшеров упоминает в своих "Заметках" ("Псовая и Ружейная Охота"). Вот что он говорит:
"Сибирские охотники не бьют собак на охоте - может обидеться и убежит домой чуть не за сто верст".

От строгого обращения очень многие разновидности лайки положительно дики и необщительны. Кнут и палка ослабляют лайку, но не ломают. Некоторые разновидности не поддаются дрессировке, которой, впрочем, охота с лайкой не требует. По природе лайки способны к пастушеским обязанностям, и последние ими легко усваиваются. Но так как щенки лаек начинают интересоваться решительно всем живым, то при недосмотре могут сделаться скотинниками; но довольно раз-два пригрозить, чтобы охота на кур и ягнят навсегда прекратилась. Не надо позволять ребятишкам натравливать щенят на что бы то ни было, особенно на свиней. Лайка привязана к хозяину и домашним, ревнива даже. На охоту лайка, подобно гончей, с незнакомыми лицами не пойдет. Впрочем, если акклиматизировать ее, воспитывать с малолетства в стае как гончих, то, может быть, и пойдет. На смычках же все лайки ходят хорошо.

Еще к отрицательным качествам лайки надо отнести ее хитрость, щепетильность и изредка сильную нервозность. Иногда нрав лайки по виду бывает обманчив. Часто вежливый, робкий и дикий в доме, щенок смело идет сразу на медведя, и, наоборот, задорного и злого в доме щенка приходится долго натаскивать и притравливать. Лайка хорошо понимает и долго помнит добро и зло и, хотя не мстительна, делается крайне недоверчивой. Характер лайки веселый, живой, энергичный, настойчивый, миролюбивый. она злобна на охоте, она крайне добра к людям, всегда весела, привязчива. Зря не лает, молча не кидается и не кусает, а если и кусается, то норовит щипнуть слегка сзади за пятки. Платья на прохожих не рвет. Между собой лайки миролюбивы и, живя большими стаями, не затевают той беспрестанной злобной, кровожадной между собой грызни, как это часто бывает у других пород, за исключением, когда в доме пустующие суки. Делаю такое заключение на основании иного опыта. Упомянув еще об уме, понятливости, старательности лаек, о быстром усвоении требуемого от них, за исключением разных "штучек актерского искусства" и т. п., скажу, что это серьезная и деловая собака - "промысловое животное", по натуре серьезное и смышленое. Бесцельно лаять из-под ворот она не будет. Хотя среди разновидностей лаек есть вороватые, но не у своего хозяина, за исключением с сибирских, которые воруют и у себя дома. К главнейшим особенностям лайки надо отнести ее умение ориентироваться, осваиваться, везде соображать свое положение и находить удачный выход. Лайка находчива, хорошо запоминает дороги, местность; она храбра, неутомима, имеет отличное верхнее и нижнее чутье, великолепный слух и зрение. Вотяцкие лайки честны, беззаветно преданны, храбры; а потому вверяют им охранение дома, имущества, воза с лошадью на базаре, детей.

Для того чтобы яснее очертить характеристику лайки, я обращусь еще к литературному свидетельству более выдающихся знатоков этой породы собак. Я постараюсь, насколько возможно, критически оценить каждое мнение, так как всякий заводящий собаку должен быть основательно знаком с ее нравом и природой, а потому он должен знать различные, даже противоположные мнения об их происхождении.

Князь А.А. Ширинский-Шихматов говорит о лайке (северной собаке) следующее:

"Условия жизни человека в зависимости от места, которое он избрал для своего существования, время и климат выработали из первобытной - дикой собаки, одного или нескольких корней, и овчарку для охраны всевозможных стад, полезных человеку, и зверовую охотничью собаку, необходимую ему для добывания пропитания, и, наконец, даже ездовую собаку, благодаря которой во многих местах Сибири и возможно лишь передвижение, без которого и самое существование на Севере стало бы немыслимым. Служа всю жизнь свою человеку преданно, самоотверженно и часто бескорыстно, так как на Севере, например, в большинстве случаев летом собаки сами себе добывают пропитание, собака и после смерти своей продолжает служить, давая шкуру свою - прекрасный теплый мех. Во время линьки собак жены инородцев тщательно собирают старую свалявшуюся шерсть, которая лезет из собак целыми хлопьями. Из этой шерсти вяжутся чрезвычайно теплые и прочные чулки".

О характере и способности лаек князь Ширинский-Шихматов говорит, например, что эскимосские собаки ближе всего подходят к волку (сходство зубов) даже не лают, а воют. Зырянская лайка, по его мнению, более древняя разновидность, чище и лучше сохранившаяся. Князь предполагает, что вогульская и зырянская - лайки происходят от дикой собаки. В карельской лайке (Олонецкая губерния) видно присутствие крови волка. О зырянской лайке князь говорит, что она дает пометы реже, малочисленнее, дика, необщительна, менее и вовсе не поддается дрессировке; но зрение, слух, чутье у нее лучше ("Природа и Охота" за1896г.).

Г-н Косырев сообщает, что кеврольские лайки, то есть архангельские, уездов Мезенского и Пинегского, не представляют уже чистого типа. В помесях эти лайки свою внешность и задатки упорно передают и легко принимают свой первоначальный вид при скрещивании вымесков с лайкой. Признаки примеси дога и ретривера исчезали прежде всего, а примеси шпица, гончей, сеттера сохранялись дольше.
"Самоедская собака в помесях с зырянской лайкой или какой другой разновидностью энергичнее других отстаивает свою типичность, давая довольно удовлетворительных промысловых собак, способных к усвоению некоторой дрессировки". Эти лайки, по словам г-на Косырева, настойчивы и преданы хозяевам. Собственно кеврольская лайка на зверей не идет - труслива, и представляет собою неопределенную помесь. Для сторожевой службы здесь предпочитают кобелей, а для охоты - сук.
В Усть-Сысольском уезде Вологодской губернии лаек для охоты кастрируют. Что касается заметки г-на Косырева относительно признаков вымесков, то естественно, что примесь гончей и шпица удерживается дольше, как пород родственных, на благоприятной, так сказать, почве.

Г-н Поспелов ("Журнал Охота", 4 кн. 1890 г.) в статье "Триста верст на водяных лыжах" говорит о местных лайках Архангельской губернии, что они употребляются для всякого рода охоты, гоняют зайцев, отыскивают белок. С лайками ходят на куропаток, рябчиков, медведей. Местные лайки - отличные сторожа.

Эти два противоположных мнения заставляют думать, что только уезды Мезенский и Пинегский, благодаря, вероятно, особенным условиям охоты, отличаются вырождением лайки. Это очень интересно, так как нельзя не удивляться, что в этих глухих и лесных уездах не сохранилось настоящей промысловой собаки, а может быть, и охотников.

В № 17 журнала "Охота" за 1891 г. г-н Н. Пол-в, описывая лаек Вологодской губернии и охотничьи достоинства их, сообщает, что эти же собаки на санях-нартах перевозят добычу и пожитки с места на место. О вятских лайках писали гг. Белевич, Белов, Поплавский и я. Все мы сходимся в своих отзывах. Г-н Белевич оттеняет ("Охота") незаменимость вотяцкой (вятской) лайки при заганивании медведя, ее чутье, злобность, отвагу. Приблизительно то же говорит и г-н Белов ("Природа и Охота").

Г-н Поплавский делает следующую характеристику лайки:
"Суки любят убегать щениться в лес, болото и другие укромные места, но иногда бывает наоборот, когда сука особенно доверяет своему хозяину. Щенки скоро научаются есть, растут быстро".

Чистоплотность лаек тоже отмечена. Г-н П-ий приписывает проявление дурных наклонностей, вроде задушения гусей, дурному воспитанию. Неподатливы на обман и не проявляют доверия к чужим, любят купаться. Двигаются в лесу бесшумно. Идут на всякого зверя и птицу ("Русский Охотник"). О лайках Пермской губернии (чердынско-вишероуральских) пишет г-н Белдыцкий. Общие черты местных лаек, по Белдыцкому, следующие:
"Незаменимость и неоцененность на охоте, ум, признательность. У хозяина не воруют, а у чужого без вреда для себя таскают даже куски из горячего котла. Хотя к хозяину и привязаны, но дурное и особенно несправедливое обращение лайки понимают и это их отталкивает. Здесь обращаются с лайкой грубо, кормят плохо; каждый промышленник держит по несколько собак, так как каждая собака имеет свою специальность: одна особенно хорошо идет по птице, другая по зверю" ("Природа и Охота").
Вот что говорит г-н Белдыцкий:
"Обязанности ее (лайки) на охоте заключаются в том, чтобы лаять на белку, бурундука, тетерева, глухаря отыскивать, останавливать и облаивать, а подчас и ловить - куницу, соболя; на последнего она особенно зла; гнать голосом, что она делает получше любой гончей, оленя, лося и медведя; гоняет она и зайца, но вишерцы на зайца не охотятся. Конечно, собака, обладающая всеми требующимися от нее способностями, встречается не часто, но зато если задается такая, то выручает не одну артель. Чаще бывает, что одна собака идет за соболем и куницей превосходно, но на медведе пасует; другая отлично ставит медведя и не годится на куницу и соболя; иная для белки и глухаря не оценена, а на зверя не идет. Поэтому настоящий вишерец-охотник имеет всегда несколько собак разных качеств, так что охота составляется полная".

Итак, приведя свидетельства охотников о лайках губернии Архангельской, Вологодской, Пермской, Вятской и др., я еще укажу на сведения о лайке олонецкой, сибирской и киргизской. Об олонецкой лайке встречаются такие же противоречивые сведения, как о лайках Архангельской губернии.

В № 13 "Охоты" за 1891 г. помещено описание военно-охотничьей прогулки лейб-гвардии Измайловского полка в Олонецкую губернию; в этом описании отдан долг признательности олонецкой лайке за ее беззаветную храбрость и самоотверженность при охоте на медведя.

Г-н В. Шмор ("Охота") говорит о Повенецком и Сумском уездах, что "местные жители кур не держат: собаки их, так называемые "лайки", превосходные по типичности и охотничьим качествам, ни за что не хотят признавать кур за домашнюю птицу и пожирают их".

Не имея права не доверять сему известию, я, однако же, очень удивлена такому сообщению; думаю, что отсутствию кур способствуют другие причины, а не поступки лаек. Впрочем, вероятно также, что вследствие собственной косности жители не отучают собак в щенячьем возрасте от ловли кур.
Об олонецкой лайке собственно Каргопольского района пишет г-н Бек-Юсуф:
"Лайки здесь вырождаются и есть много помесей, но все же есть и типичные экземпляры".

Г-н Бек-Юсуф отмечает ум и смышленость лайки, о чем свидетельствует ее массовое переселение за сотни верст к железной дороге, где собаки узнали, что можно поживиться кое-каким кормом. "Воспитанная" лайка ведет себя на охоте, как "хорошо выдрессированный легаш". Отмечены им также отличные зрение, и слух местных лаек. Из отрицательных качеств указывается "недомовитость" и добровольное "ренегатство". Меня изумляет именно массовое движение. Отбилась собака случайно, попала в хорошее жилище и зажилась, благо, хорошо кормят, дома же голодно это понятно; а то ведь это - "правильные переселение колониями по верному расчету и маршруту". Олонецкая (каргопольская) лайка г-на Бек-Юсуфа ("Природа и Охота") характера миролюбивого, ленива к сторожевой службе и недомовита:
"Лайка спокойно лежит, мало обращая внимания на проходящих и проезжих; редко, когда случится, обеспокоит какую-нибудь звоном колокольчиков или грохотом экипажа, и она полает на нарушителей собственного покоя; до обыкновенных дворняжек; лайке далеко по злобности в сторожевых обязанностях, иное дело в лесу или на охоте - там она увязчива и злобна... Редкая лайка не способна к охоте, но способности еще развиваются воспитанием".

Я думаю, что г-н Бек-Юсуф нехорошо понял по отношению к ее лени в сторожевых обязанностях. Если сравнить с показаниями г-на Эрнста и др., то лайка зря не лает, а лает только тогда, когда видит действительно что-нибудь подозрительное. Однодеревенцев ей облаивать из-под ворот незачем: их она всех знает в лицо; мимо едущий экипаж тоже она понимает - опасности нет; а во двор она без хозяина едва ли кого впустит как днем, так и ночью.

Упоминая еще раз имя г-на Эрнста, я позволю себе пополнить его характеристику лайки: "И теперь не могу не нарадоваться на ум и понятливость этой собаки. Она прекрасно ищет и преследует белку, тетерева, рябчика, куницу, выдру, хорька и норку, а также лося и медведя, причем ничто не может сбить ее со следа, и с удивительной храбростью останавливает этих зверей".

Еще об олонецкой лайке говорит г-н Александров ("Охотничья Газета"). В Рыбинском уезде Ярославской губернии у г-на Архипова велись олонецкие лайки, пользовавшиеся большой известностью вследствие отличной дрессировки.

Теперь, приведя более разнообразные сведения о европейской российской лайке, я могу вывести заключение, что:

1) где лайки менее сохранились, там они и для охоты хуже;
2) помеси разновидностей легче дрессируются, но не все лайки упрямы, а лишь немногие породы туго поддаются дрессировке;
3) единогласно свидетельствуют об уме, чутье, зрении, понятливости, выносливости, сообразительности, отличных охотничьих качествах чистокровной лайки;
4)о привязанности говорят г-н Белдыцкий, г-н Даст, г-н Поплавский и многие другие, но г-н Бек-Юсуф не признает ее.
Читатель теперь видит также, что лайки лучше по качествам там, где более сохранились. Переходя к лайке сибирской, укажу еще на краткое свидетельство г-на Огильви о киргизской лайке:
"Злобная, малорослая лайка встречается по всему северному и южному склону Тянь-Шаня" ("Охотничья Газета", 1898 г.). В Омске существует и псовая охота с лайкой киргизской на волков и других зверей ("Журнал Охота", 1891 г.). О сибирских лайках в литературе есть достаточно подробные и разнообразные сведения. 'Приведу здесь более существенные. Начну с запада.

Г-н Лобачевский говорит о томской лайке:
"Чутье удивительное, достоинства неоценимы, замечательный ум. Найдя крупного зверя, молча возвращается к хозяину и ведет его к стойбищу. Существуют три разновидности томской лайки. Две первые сходны, третья напоминает такс, ходит исключительно на белок; ласкается униженно, подобострастно смотрит на человека, хотя не прочь укусить". Бесспорно, это - помесь, так как такой нрав несвойствен лайке (сравнить помеси, описанное г-ном Косыревым, - кевроль). Теперь остановлюсь, на "Заметках охотника Восточной Сибири" г-на Яшерова ("Псовая и Ружейная Охота"). Автор записок, как видно, долго жил и много охотился в Восточной Сибири. То же впечатление я вынесла из разговоров с ним на охотничьем съезде. Хотя, мне кажется, что он не лишен увлечения и даже до некоторой степени фанатизма, тем не менее он бесспорно знаток северной собаки лайки. Вот что он говорит о восточносибирских лайках:
"Промысловых собак и мешанины, разумеется несравненно больше, так как охотящихся с ними несть числа, а зверовых псов не так много и они реже попадаются на глаза, равно как их владельцы - охотники истинные, страстные, для которых охота в жизни - все".

"Промысловые собаки нрава веселого, хвостом машут - частят, причем, как-то изгибаясь, съеживаются; ловки в драке и игре; умны, почему очень легко поддаются дрессиру; любопытны и иногда до смешного. О хозяине не особенно тоскуют и всюду, где жизнь им мало-мальски сносна, скоро осваиваются. Любят прятать пищу про запас. Специальность на охоте: белка, хорек, соболь, косуля, рысь и выдра; из птиц: тетерев, глухарь, утка и гусь. На медведя идут втроем и больше. На кабана не идут, волка боятся (я думаю, не бояться волка, а просто не чувствуют враждебности как к сородичу, что замечено и князем Ширинским-Шихматовым, и другими). Правда, киргизскими травят волков, но, вероятно, в них есть кровь борзых - это-во-первых, а во-вторых, в открытой местности в сообществе наездников-людей можно заставить ловить какую угодно собаку и что угодно; поймать она не поймает в большинстве случаев, а догонять будет стараться. Работают, - продолжает г-н деров, - сибирские лайки ухом и чутьем. От хозяина далеко не уходят. Нрав у зверовой собаки серьезный; ласкаясь, обыкновенно тычет вас носом, а хвостом машет - не частит. Они умны, понятливы, достаточно своенравны, злобны и иногда до крайности. К хозяину зверовая собака сильно привязана. О родине тоскует. Обидчивы, почему на охоте наказывать не следует, как раз раскланяется и уйдет. В пище не разборчивы. Способны анонсировать. Уходит далеко взыски зверя и, нашедши, молча является к хозяину. Вязкость за зверем есть качество зверовой собаки, поэтому надо не лениться, всегда стараться разыскивать и отнюдь не покидать ее; одним словом, собака твердо должна верить, что если она держит зверя, то ее хозяин непременно придет".

Из главы второй читатель увидит, какое вообще сходство имеют лайки по характеру и способностям во всем мире. Из представленных мною данных можно видеть, как разнообразно применяются и вырабатываются человеком способности северной собаки. Лайка везде приспособилась к жизни и требованиям человека, приноровилась к разнообразнейшим условиям. В одной местности лайку специализировали, как ездовую собаку; в другой - из нее сделали специально пастушью и оленеводную; в третьей - специализировали, как зверовую и промысловую, а в иных -всесторонне охотничью, и, наконец, универсальную (Тобольская губерния). См. "Охотничья Газета" за 1897 г., "Охота и промысловые животные".

Вот что говорится в этой статье. Инородцы Восточной Сибири умышленно прибавляют к ездовой лайке крови волка: "Собака имеет в инородческом быту большое значение повсеместно. Для оленевода она - пастух оленьих стад, для зверолова - спутник в промысле, как ищейка и как рабочее животное (тащит нарту с провизией); и в домашнем хозяйстве инородцев -как рабочее животное: на них возят воду, дрова, сено и разную кладь - муку, рыбу и прочее."

Описание это касается лайки березовско-сургутской и, кажется, комментариев не требует. На основании всего приведенного охотник ясно увидит, какой местности собака более всего соответствует его требованиям, на что она способна.

Когда эта глава была написана, я получила отчет Императорского Общества правильной охоты, где г-н олонецкий губернатор дает характеристику лаек, которую я вставляю в главе четвертой. О сибирских лайках сообщают гг. Раде, Миддендорф, Серошевский, Слюнин, Маак, Иохельсон, Стефанович, Черкасов. Все они отмечают ум, охотничьи достоинства, приспособляемость и полезность сибирской лайки. Как увидим после, лайки ловят песцов, лисиц и других зверей.
 

Оффлайн Ольга и маламут

Я аляскинский маламут, а ты сам - лайка.
« Ответ #5 : 03 Сентябрь 2010, 11:08:54 »
гляжу вас тоже достали?

http://doghusky.ru/%d1%81%d1%82%d0%b0%d1%82%d1%8c%d0%b8/%D0%BE%D1%82%D0%BB%D0%B8%D1%87%D0%B8%D0%B5-%D1%85%D0%B0%D1%81%D0%BA%D0%B8-%D0%BE%D1%82-%D0%BB%D0%B0%D0%B9%D0%BA%D0%B8.html 

вот уже делали у нас

Да нет, я лично уже спокойно отношусь к этому))), сама иногда подтверждаю что лайка, особенно когда не совсем удобный момент для разъяснений)).
Насколько я поняла из прочитанного мной - лайка изначально более широкое название группы собак, в которую входили в том числе и ездовые, а на сегодняшний день лайки ассоциируются исключительно с чисто охотничьими породами.

Оффлайн Яровит

  • сам себе режисер
  • Постоялец
  • ***
  • Сообщений: 446
  • Спасибо: +12/-7
  • Последнее посещение :
    23 Июнь 2017, 09:45:16
    Местоположение: Нижегородская обл
  • Моя собака: Коврик,Воин,Елээ,Юкон,Ася,Мотя,Ёлка,Апач
Я аляскинский маламут, а ты сам - лайка.
« Ответ #6 : 03 Сентябрь 2010, 11:16:13 »
какой група какой раньше все ездовые это заводские породы выведенные буквально 20-30 лет максимум назад из аборигенских собак. а вот аборигенские стояли уже отдельно от охотничьих на протяжении тысяч лет